Вход

Войти на сайт

Логин или Email
Пароль
Запомнить меня
USD
57,65 - 0,57
EUR
69,07 - 0,19
ЦБ РФ c 23.09.2017
Пасмурно 2°C

Отн. влажность: 67%

Ветер: 6 м/с

Вклад моей семьи в Великую Победу

Опубликовано 29.04.16 15:32 в рубрике День победы

 Вклад моей семьи в Великую Победу

Победа в Великой Отечественной войне стала общим Великим Подвигом народов СССР, жителей больших и малых городов, сел и деревень, в том числе и моего родного города Рубцовска Алтайского края, стала гордостью для многих поколений ᴨᴏᴛомков. Я считаю, что в Победу Советского народа свой вклад внес каждый гражданин Великой страны, каждая семья заплатила непомерную цену: и те, кто воевали на фронте, и те, кто работали в тылу, и даже старики и дети, которые стойко переносили все невзгоды, голод, холод, страх, горечь потерь своих родных и близких. Не стали исключением и мои родные.

Мои дедушки не воевали. Отец моего папы еще не родился, а второй мой дедушка был слишком мал, когда началась война, ему только исполнилось шесть лет. Но, несмотря на столь юный возраст, он перенес все тяготы, которые легли на плечи его соотечественников с началом войны. Отец моей мамы – Дизендорф Гельмут Давыдович из семьи российских немцев. До начала войны мои прадедушка и прабабушка вместе с четырьмя своими детьми (самый младший - мой дедушка) жили в Марксштадте, ныне город Маркс Саратовской области. Нападение фашисткой Германии на нашу страну для российских немцев стало таким же ударом, как и для всего советского народа. Жители Марксштадта отдавали все для победы – драгоценности, хлеб, скот, теплые вещи; записывались добровольцами в действующую армию. Около восьми тысяч мужчин ушли на фронт в первые дни войны. Жители на свои сбережения открыли в городе военный госпиталь. Колхозники села Орловское, что под Марксшадтом, на свои средства купили два самолета для Красной Армии. Завод «Коммунист» перестроил свое производство на выпуск минометов, снарядов, узлов для танков Т-34, выпускал электростанции для судов. Это был вклад в будущую Победу, которую население немецкого Поволжья внесло в первые дни войны.

26 августа 1941 года согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР признавалось необходимым переселить все немецкое население, проживающее в районах Поволжья, в другие районы, а именно: Новосибирскую, Омскую

области, Алтайский край, Казахстан. Так одним росчерком пера целый народ совершенно бездоказательно был обвинен в шпионаже, возможных диверсиях, пособничестве фашистам. Началась депортация российских немцев на восток страны.

Дедушка рассказывал: «Наш город опустел, школы учреждения закрылись, в селах скот был брошен на произвол судьбы, на полях остались неубранные хлеба. Стояли опустевшие, покинутые хозяевами дома, бродили беспризорные животные. Наш дом, хозяйство – все осталось брошенным...». Немцы не знали, куда их будут переселять, но многие догадывались, что в Сибирь. В европейской части России климат не такой суровый, как в Сибири, и в основном у всех были легкие демисезонные пальто. Это переселение унесло много жизней безвинных людей. Тяжелые условия транспортировки и нервные потрясения привели к тому, что этот путь для многих оказался последним. Беседуя со мной, дедушка снова и снова переживал этот путь - пожалуй, самое страшное воспоминание из его детства: «Моя мама Эмилия плакала при переезде из Марксштадта. Ехали в вагоне-скотовозе. Никаких полок для сна не было. Всю семью выручал сундук, который конвоир разрешил взять с собой, на нем спали по очереди. Кормить стали только на четвертые сутки. Кормили пустой баландой, вот тогда то и пригодились скудные домашние запасы, что удалось взять с собой. Ехали более двух недель. В каждом эшелоне было сотни умерших. Раньше всех погибали самые слабые - старики и дети. Охрана выносила умерших на первой же остановке, лишая путников возможности проститься со своими близкими.» У женщины, ехавшей в одном вагоне с моими родными, в пути умер грудной ребенок. Все, кто был в вагоне, прятали умершего для того, что бы похоронить в месте, куда ,наконец, их довезут.

Всем было очень страшно: и малым, и взрослым». Часто людей высаживали в голой степи, бросали на произвол судьбы. С теплотой и слезами на глазах мой дедушка вспоминал ту женщину с детьми, которая приютила их семью в селе Новичиха Алтайского края.

Переселение проходило осенью, и впереди была зима, не хватало продуктов, денег, теплой одежды. Переселенцы погибали от холода, голода. Что бы прокормиться продавали последнее из одежды. Вещами, которые привезли с собой, также платили за жилье. «В первую зиму особенно было трудно с продуктами. Весной, как только сошел снег, в поле собирали оставшийся с осени мерзлый картофель, свеклу. Летом рвали лебеду, добавляя ее в пищу. От лебеды опухали. Дров не давали, приходилось ходить в бор, собирать сухостой»,- вспоминал дедушка.

«К великому счастью твоего прадеда взяли на работу в Новичихинский райпотребкомбинат старшим бухгалтером. В сельской местности всегда в цене были счетные работники. Вместо зарплаты Давид получал глиняные горшки и кринки, которые производил комбинат.» Эти изделия мой дедушка с матерью и отцом возили по близлежащим деревням и меняли на картофель, яйца и другие продукты.

По приезде в село Новичиха Алтайского края, старших брата и сестру моего деда забирали в трудовую армию. Трудармия была по сути дела, тем же концлагерем: зона огорожена металлической проволокой, всюду охрана, собаки. Трудармейцы жили в нечеловеческих условиях. Длинные, холодные бараки уставлены нарами в два-три яруса. Трудармейцы по пояс в снегу валили лес (три недели лесоповала на «их языке» назывались «сухим расстрелом»), работали на вывозке леса, изготовляли заготовки для оружейных болванок. Работали по двенадцать - четырнадцать часов в сутки. При этом существовали строгие нормы выработки, при их невыполнении трудармеец получал хлебную пайку на треть меньше. Людей косил голод, цинга, куриная слепота, умирали десятками тысяч.

В таких лагерях и оказались мои двоюродные бабушка Эльза и дедушка Эвальд. Поскольку до войны они учились в медицинском институте, Эльза успела закончить только два курса, а Эвальд-три, они работали медработниками. Бабушка Эльза со слезами вспоминала, как умирали по 30-50 человек в сутки. Вспоминая о царившем в трудармии голоде, баба Эльза говорила, что ее узникам рекомендовали в качестве спасительного средства как можно более тщательно пережевывать пищу. Некоторые стали жевать свою скудную пайку до полного изнеможения, но как следовало ожидать, это никому не помогало. Летом трудармейцы , зачастую не имевшие понятия о грибах (немцы Поволжья их, как правило, не ели), срывали в лесу, что попадется под руку и затем варили, а то и сразу съедали. В результате обезумевших от голода людей настигало не спасение, а мучительная смерть.

После отмены трудармии в тысяча девятьсот пятидесятом году из сорока тысяч призванных российских немцев осталось только две тысячи. Моим родным повезло, они выжили. Бабушка Эльза вернулась из трудармии раньше Эвальда, ввиду того, что место медработника в деревне было занято, бабушка не смогла устроиться на работу. Прадед Давид выхлопотал разрешение на переезд в близлежащий город Рубцовск, для того, что бы Эльза смогла закончить хотя бы медицинское училище.

В Рубцовске Давид работал бухгалтером в аптекоуправлении. Эльза-медсестрой в медсанчасти АТЗ, затем медстатистом в поликлинике стройтреста. Дедушка Давид из трудармии возвратился сразу в Рубцовск, где долгое время работал врачом «скорой помощи» и врачом детской городской больницы. Мои дедушка Гельмут Давидович и бабушка Любовь Илларионовна работали на Алтайском заводе тракторного электрооборудования, дедушка с 1960 по 1995 год, бабушка с 1955 по 1994 год.

Вот такую цену пришлось заплатить целому народу – российским немцам - за Победу в Великой отечественной войне. У каждого гражданина нашей страны свой вклад в Победу, у моего деда - это его детство, которого

фактически не было, так же как и у многих других советских детей того времени, у всей моей семьи – потеря родственников и близких, родных мест, нажитого имущества, здоровья. Но, несмотря на все тяготы и лишения, которые перенесли мои родные в годы Великой Отечественной войны, я никогда не слышала от деда слов нелюбви или обиды к своему Отечеству. Он всегда говорил, что «... Все нужно было перенести и выстоять. Это был наш вклад в Победу».

Волокитина (Дрогунова) Светлана Владимировна

Поделиться ссылкой 

Добавить комментарий

Администрация сайта не несет ответственности за содержание сообщений, публикуемых в комментариях к материалам.
Запрещены проявления любой грубости, личные оскорбления, использование нецензурной брани. Комментарии нарушающие правила пользования сайтом будут удалены, а пользователи заблокированы.

Популярные новости

Нашли ошибку?

Выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

Редакция сайта

Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.